Нажмите ENTER, чтобы посмотреть результаты поиска, или нажмите ESC для отмены.

Социально ответственному бизнесу нужна позитивная мотивация

В ноябре минувшего года Центр социального проектирования «Платформа» опубликовал «Карту социальной активности бизнеса Омской области» — сравнительный анализ социальных практик в регионе. В чем преимущества этого инструмента для бизнеса, чем выделяется Омск среди регионов России и как социологи из наблюдателей становятся социальными инженерами, нам рассказал генеральный директор ЦСП «Платформа» Алексей Фирсов

Почему в качестве площадки для исследования социальной активности бизнеса был выбран Омск?

Это знакомый нам регион и там есть структуры и люди, которым интересны подобные исследования. Среди них — региональные элиты, которым важно понимать — как выглядит картина социальной активности на территории региона. Кроме того, там как раз проходил местный форум, который рассматривал разные социальные программы, где мы публично представили «Карту социальной ответственности».

В двух словах в чем суть методики исследования?

Суть нашей методики в сопоставлении под разными углами мнений бизнеса, общества и экспертов, которые часто заметно различаются, относительно позиций бизнес-игроков в социальном пространстве. Например, есть компании, социальную активность которых высоко оценивают эксперты, но население их не замечает. И наоборот, есть средние компании по уровню социальной ответственности, а население считает их социально крайне важными. Суммарно такая картина показывает вес каждого участника рынка в социальной жизни региона.

Какие еще результаты можно увидеть с помощью «карты»?

Благодаря «карте» можно видеть, к примеру, проблемные поля или напротив — успехи отдельных участников. Одна из проблем — слабая степень координации бизнеса для решения задач, которые могут решаться совместными усилиями. А ведь есть сложные социальные темы, которые требуют сложения ресурсов. И если ряд средних бизнесов активизируется и объединится, то они смогут решать задачи уровня крупной компании. Однако должна быть какая-то платформа и понимание, что вот здесь лучше действовать поодиночке, здесь полезнее кобрендинг.

Еще есть проблема непопадания в общественный запрос. Нередко бизнес принимает решения о социальной активности импульсивно, на основании вкусов акционеров или менеджмента, их собственных представлений о проблематике, в то время как общественный запрос может быть совсем другим. В результате, возникает какая-то «модная тема», и все толпой идут туда. Это привело к явным дисбалансам.

Благодаря карте мы можем определить, что, может быть, полезней развивать другие направления, которые создадут мультипликативный эффект и «вытащат на свет» гораздо больше скрытых процессов, которым надо помогать.

На карте видно, что и в оценках экспертов, и в оценках населения лидирует «Газпромнефть»…

Омск очень интересный город. Во-первых, в нем очень развита мифология Золотого века, что когда-то было очень хорошо, а потом стало хуже, и это очень сильно отразилось в сознании. Омичи часто ищут решение не в будущем, а в прошлом. Даже рационально понимая, что прошлое уже не вернется, они постоянно на него смотрят. Во-вторых, здесь сложился перекос в сторону ожиданий от одного игрока, крупного перерабатывающего завода, входящего в федеральный холдинг. При том, что присутствуют и другая промышленность, в том числе федерального уровня. И это приводит к пролонгации пассивного патернализма: «мы ждем, что нам что-то сделают». А кто сделает? Да известно кто — кивают старейшины в сторону «Газпром нефти».

Поэтому если смотреть на «Карту», то – да, мы видим, что распределение там крайне неравномерно. Есть достаточно много компаний, которые находятся средних зонах графика активности и есть отдельные игроки, в первую очередь «Газпром нефть», которые лидируют.

Наверное, с точки зрения имиджевого эффекта для лидера — это неплохо. Но с точки зрения того, что компания в итоге должна брать на себя избыточную социальную нагрузку — это негативный фактор, который к тому же расслабляет остальных. Мода на патернализм уже давно прошла и никакой бизнес не хочет отвечать за судьбу всей территории целиком.

Когда я смотрел презентацию исследования, то обратил внимание, что в Омске очень сильны миграционные настроения, даже в сравнении с соседними городами.

К сожалению, в Омске сильны миграционные настроения. Это пример региона, недооцененного местной средой. «Оседлая среда» обычно формируется тремя факторами: работающим бизнесом, городским пространством и социальным комфортом. Нестабильность этих факторов, даже не находясь на критическом уровне, может вызывать у населения очень негативные эмоции. С этим, конечно, надо что-то делать. Жители могут смириться с проседанием одного из факторов, но не как минимум двух.

Среди рекомендаций, которые Вы предлагали, основные были направлены на вовлечение населения в построение того, что можно назвать «социальной тканью повседневности» Омска?

Мы исходили из того, что развитие территории просто за счет вливаний средств со стороны крупных структур – вещь совершенно неэффективная. Территория по-настоящему начинает жить, когда возникает самоорганизация, появляются группы гражданского общества, которые берут на себя ответственность за какие-то заметные участки общественной жизни.

Омск — очень интересный регион для апробации новых технологий, в том числе социальных, потому что здесь явный «эффект низкой базы», однако ситуация не тупиковая, как в некоторых малых городах: есть научный, молодежный потенциал, есть развитая промышленность. В конце концов, есть исторически обусловленные амбиции. Периодически там возникает этот миф о «третьей столице Сибири». То есть, в Омске есть, с чем работать.


Экономист Михаил Дмитриев уверен, что новые технологии дают нашей стране шанс на полное преображение не только в экономике, но и головах людей


Какие примеры хороших социальных практик есть в Омске?

В своем исследовании мы разделили компании на три группы. Первая группа — компании, у которых есть реальные стратегии социальной активности, которые берут на себя несколько направлений деятельности и находятся в диалоге с местным сообществом, считывая его социальные потребности в той или иной форме. Понятно, что это могут позволить себе только крупные игроки: «Газпром», «Газпром нефть», Сбербанк и, пожалуй, все.

Еще есть очень хорошие компании среднего уровня. У них нет серьезных ресурсов, возможностей делать какие-то масштабные программы, но они занимают устойчивые целевые ниши. Помогают, например, культурным учреждениям, деятелям искусства. Таких компаний со спонтанной благотворительностью тоже много.

И, наконец, есть компании без социальной активности. В регионе присутствуют все модели, но вообще город и регион сложные.

Руководство региона поддерживает социальную активность бизнеса?

Сегодня в Омске, а возможно и в других регионах России, не создан механизм поощрения этой активности. Компании даже не стремятся афишировать свою деятельность, потому что они не видят в этом какого-то PR или GR-профита. По крайней мере, в Омске при прежней администрации было именно так. Более того, бизнес видел некое пренебрежение: «Вам больше всех надо что ли? Вам пиар нужен?» Были постоянные подозрения в каких-то политических амбициях.

В российских регионах нет навыка воспринимать социальную активность просто как социальную ответственность. Все время возникает желание считывать какое-то «второе дно». «Если люди пошли на это, то их либо заставили, либо они хотят сделать политическую карьеру». Исчезают простые сущности и это мешает создавать хорошие социальные проекты.


Для волонтёров важны признание коллектива и личностный рост. Мы выясняли, как приживаются практики корпоративного волонтёрства в России


Изменилась ли ситуация после прихода нового руководства?

Презентация нашего исследования совпала с временем появления нового губернатора. Со своей стороны он обозначил проблемы региона. Фактически наша работа подтвердила его гипотезы. В частности, он говорит про проблему оттока населения, что его основная задача — уменьшить отток молодежи.

У Александра Буркова появилась хорошая идея «Цифрового Омска». Не факт, что она реализуется в заявленных масштабах. Однако для того, чтобы сдвинуть решение ситуации с мертвой точки, важно выдвинуть сильную идею, которая будет работать на будущее, сформировать какой-то вектор развития. К тому же в Омске, действительно, неплохая IT-среда. Есть ребята, которые готовы работать здесь и сейчас. Это достойная альтернатива подходу, когда ставка делается только на индустриальных гигантов.

Заметил ли местный бизнес появление «Социальной карты»? Как та же «Газпром нефть» отреагировала на «Карту»?

«Газпром нефть» однозначно заметила «Карту», потому что они вообще мониторят ситуацию вокруг себя. Что правильно. После презентации они пригласили нас, чтобы познакомить со своей программой «Родные города». Она ориентирована как раз на развитие социального присутствия компании. «Газпром нефть» реализует её в нескольких регионах и как раз по совпадению в 2017-м году они презентовали её в Омске. Возможно, мы повлияли на определенные коррективы этой программы. По крайней мере, мы вместе обсуждали этот документ, смотрели на ожидания населения, обсуждали возможные приоритеты. Что же касается бизнеса в целом, то надо быть реалистами — бизнес сейчас переживает трудности и социальные программы для ряда структур сейчас не в фокусе деятельности.

Согласно «Карте» население четко идентифицирует отдельные розничные сети как носителей социальной активности. А это значит, что они при минимальных вложениях могут добиться экономической выгоды.

Конечно, социальная активность может усилить сами товарные бренды или позиции ритейла в целом. Может быть, косвенно, может быть, за счет развития среды, может быть, за счет прямой ассоциации конкретных марок с социальными программами. Но пока эта практика далека от распространения.

Но знаете, чего бы точно не хотелось, так это превратить наш продукт — социальную карту — в стяг и говорить, что мы нашли «универсальную отмычку» к стимулированию принципов социальной ответственности. Я достаточно реалистичен для такой степени оптимизма. Но мы понимаем, что дать консолидированную картину, показать взаимную зависимость, соотнесенность – это все равно важный результат.

Мы начали диалог по этой теме. Благодаря нему нашли в Омске интересантов, которые готовы поддерживать исследование, так что, возможно, появится система ежегодного мониторинга. Будем обновлять «Карту», будем строить динамику. Появятся темы для нового обсуждения. Так и будем эволюционно двигаться.


Будущее социологии – в верности традициям схоластики. Радикальная апология академической социологии от Виктора Вахштайна


Занимаетесь социальной инженерией?

Это основная идея «Платформы». Мы же называемся «Центр социального проектирования». Создавая два года назад социологическую компанию, мы сразу закладывали в свою миссию преодоления разрыва между социологией, разработкой и практикой. Это лежало в основе замысла нашей команды. Не оставаться только на уровне описания действительности, а выстраивать проектные модели, показывать, что можно сделать, чтобы изменить ситуацию. Нам всегда интересно доводить дело до какого-то практического результата, меняющего будущее уже сегодня.

Беседовал Евгений Хан. Фото и слайды предоставлены ЦСП «Платформа»


Алексей Владимирович Фирсов

Основатель и генеральный директор Центра социального проектирования «Платформа»

Окончил философский факультет МГУ

Ранее — PR-директор предпринимателей Р. А. Абрамовича, Г. Н. Тимченко. PR-директор компаний «Сибнефть», «Газпром нефть», «Сибур», «Миллхаус», группы «Волга», ВЦИОМ.

Рекомендуем